«ДЕРЕВНЯ С ПОКОЙНИКАМИ»
«ДЕРЕВНЯ С ПОКОЙНИКАМИ»
«Валсарб», дебют поэтессы Хелены Побяржиной – вполне традиционный «лиричный рассказ» от первого лица о детстве героини в конце 80-х-начале 90-х, в маленьком белорусском городке (по сути, просто деревне), название которого вынесено в заглавие. Ну да, название города можно читать и «Браслав» (реальное место, где автор родилась и выросла). «Лиричный рассказ» означает, что и рассказа-то нет, и вообще перед нами опять не совсем проза, а такие полуритмизированные-полуверлибрические фрагменты (конечно, ведь Побяржина еще и поэт-верлибрист). Но, в отличии от некоторых подобных, книга Побяржиной все же остается цельной, будучи скрепленной хотя бы самим субъектом говорения.
Есть и еще один нюанс, думается, и выделивший сочинение из бесконечного и унылого ряда лирического автофикшена (в сравнении с которым неоднозначная книга Марины Степановой «Памяти памяти», породившая всю эту рябь, прямо «Анна Каренина»). Так вот: юная героиня в некотором смысле является визионером. К ней являются тени погибших на этой исторически многострадальной земле. Обратим внимание: это отнюдь не тени, например, убитых польскими повстанцами русских, или засеченных польскими панами белорусов. Это тени жертв Холокоста. Как говорится, жалко всех, но тут особый случай. Со стороны именно этих теней было очень политкорректно являться к героине – а еще более политкорректно было поднимать эту вечно актуальную тему со стороны автора. Да, и еще: среди этих теней, а точнее, как сказано в книге, «бывших людей» оказывается и сын Марины Цветаевой Мур. Что тоже вышло очень удачно и кстати.
Если не считать этой находки (да и если считать тоже, ибо в «развитии сюжета» – кавычки необходимы – «Валсарба» «бывшие люди» особой роли не играют, оставаясь побочным, декоративным приемом), книга Побяржиной, выполненная вполне грамотно, бесцветна и банальна. Не все в ней плохо: например, видно, что автор пишет искренне, для него мир того, советского еще детства, близок и дорог. Имеются довольно трогательные места (правда, на них натыкаешься в малосвязном тексте почти случайно). Еще приятно, что автор ведет себя «смирно», отнюдь не покушаясь на сотрясение основ и какие бы то ни было литературные открытия. Мне кажется, что сам факт издания этого сочинения, а потом и попадания в короткий список «Большой книги»-2023 был для г-жи Побяржиной неожиданностью (и не для ее одной).
Не сочтите за каламбур, но перед нами в шорт-листе «Большой книги» поистине «маленькая книга». Во-первых, объем, не дотягивающий и до 300 страниц (может, оно и в лирическом тексте и к лучшему). Во-вторых, сам замысел и его исполнение, вообще проблематика книжки – все это очень тихое, вялое, просто никакое. Ни открытий, ни глубин, ни образов, ни внятного рассказа о времени мы здесь не найдем (правда, совершенно между делом, через запятую, упоминается недалекий от Валсарба-Браслава Чернобыль – во время катастрофы на АЭС героине года три).
Вот образец стиля: «Холодно. Сегодня так холодно, а я всю ночь собирала вишни. Такой сон. Вишни – это слезы, но я не плакала ни секунды, у меня не получается.
Мне миражами мерещится мир, где ты указываешь на тонкий нарцисс (вот здесь), точно вырезанный из папиросной бумаги, и шелковый тюльпан (вот здесь), которые весной вырастут без тебя. Или не вырастут без тебя. Холодно. Я пытаюсь накинуть твой пиджак себе на плечи, как это делал ты, и, точно по мановению волшебной палочки, из всех карманов на землю сыплются жвачки». Мне МИражами МЕрещится МИр…. Ми-ми-ми сплошное. Вот так проза!
У Побяржиной получилось нечто восточно-, а точнее среднеевропейское во всех смыслах. Возможно, так автором и задумывалось, во всяком случае, всерьез тут говорить не о чем. Даже в нынешнем шорт-листе «Большой книги», по-своему удивительном, «Валсарб» где-то в аутсайдерах – ну да, рядышком с шалашовскими «Салютами».
.png)
