Юрий Карлович Олеша оставил совсем не богатое литературное наследие. Речь идет о двух его серьезных работах: «Три толстяка» и «Зависть», которые оставили заметный след в русской литературе. Он был одним из ярчайших и, к сожалению, недооцененных писателей минувшего века. В 1928 году вышла написанная в 1924 году роман-сказка “Три толстяка”, которая стала одним из самых известных произведений писателя. В 1930 по заказу МХАТа Олеша сделал инсценировку “Трех толстяков”, которая и сегодня идет во многих театрах мира. Роман и пьеса переведены на 17 языков. По сказке позднее был снят одноименный художественный фильм, режиссером которого и актером (роль Тибула) стал Алексей Баталов.
Последняя, по сути дела, третья книга Ю. К. Олеши, которую он не успел закончить, появилась в 1965 году под названием «Ни дня без строчки» с предисловием Виктора Шкловского. Она состоит из дневниковых и автобиографических записей. Книга вышла в свет уже после его смерти, ее составили по черновикам жена писателя Ольга Суок и Виктор Шкловский.
Жизнь была к нему явно несправедлива: книги его с 1936 г. не печатались, и Ю.К. Олеша был вынужден зарабатывать сценариями для мультфильмов, писать инсценировки для театров. В 1958 году Театр им. Евгения Вахтангова ставит роман Ф.М. Достоевского “Идиот” в инсценировке Юрия Олеши.
«Мне казалось, что Олеша жил в разладе со своими героями. Их было так много, они были так необычны, оригинальны, он сам их не понимал, когда рассказывал о них, и не знал, кому же отдать предпочтение. Ему хотелось написать обо всех, он всех их жалел и терзался, что не может никак дать им жизнь, показать их белому свету» (из дневника Ильи Эренбурга).
«...Перед тем, как писать эти страницы, я снова перечитал то, что оставил нам Юрий Олеша. Речь идет не о "Зависти", "Трех толстяках" и рассказах, а о его мемуарных страницах, критических заметках, очерках, где видишь его живого, с его стремительной манерой разговора, неожиданными метафорами, сравнениями. Как много он знал, как умел из бездны знаний выбирать что-то важное, чего другие не замечали, или в раздражении отбросить все, что ему казалось мелким, неважным...». (Из воспоминаний Льва Никулина).
